Тит Андроник

«Тит Андро́ник» (англ. Titus Andronicus, полностью «Печальнейшая римская трагедия о Тите Андронике», англ. The Most Lamentable Romaine Tragedie of Titus Andronicus), вероятно, является самой ранней трагедией Шекспира. Главный герой — вымышленный римский военачальник, одержимый местью царице готов Таморе, которая также мстит ему. Это самая «кровавая» из пьес Шекспира.

Мавр Аарон защищает малолетнего сына. Иллюстрация Кирка, XVIII в.

Шекспировед А. А. Аникст подсчитал:

Четырнадцать убийств, тридцать четыре трупа, три отрубленные руки, один отрезанный язык — таков инвентарь ужасов, наполняющих эту трагедию[1].

Образцом для неё стали трагедии Сенеки и ранний елизаветинский театр (Бакхерст, Томас Кид и другие представители «кровавой трагедии»). Большинство учёных датируют пьесу началом 1590-х годов. В дневнике елизаветинского деятеля Филипа Хенслоу «Тит Андроник» упоминается как новая пьеса 24 января 1594 года, но многими точность этого указания ставится под сомнение. В 1614 году, как не без иронии свидетельствует Бен Джонсон, у «Тита Андроника» и «Испанской трагедии» Кида ещё было достаточно много поклонников, причём пьесе, по его словам, было 25-30 лет, а это значит, что она создана во второй половине 1580-х. В XVIII—XIX веках из-за обилия ужасов и убийств «Тит Андроник» утратил популярность и стал считаться едва ли не худшей пьесой Шекспира. Лишь в последние полвека, после спектакля 1955 года с Лоуренсом Оливье и Вивьен Ли в главных ролях, трагедия стала достаточно широко ставиться (в 1970—2000-е годы несколько крупных постановок и 3 экранизации, см. Титус (фильм)).

Все три прижизненных издания ин-кварто «Тита Андроника» анонимны, однако Фрэнсис Мерес назвал в 1598 году, при жизни Шекспира, его авторство; пьеса вошла в посмертное фолио 1623 года. Существует по́зднее и весьма сомнительное свидетельство, согласно которому Шекспир лишь «прошёлся кистью мастера» по чужой пьесе; некоторые исследователи доверяют этой версии или же вовсе отрицают авторство Шекспира из-за якобы не свойственной ему «варварской жестокости» сюжета. Исследователи, признающие полностью авторство Шекспира, видят в схематизме образов и примитивном нагнетании «ужасных» сцен подражание образцам, модным в 1580—1590-е годы, и отправную точку развития самостоятельного дарования драматурга (так, образ коварного мавра Арона предвосхищает характер Яго, ряд сценических приёмов воспроизводится в дальнейших пьесах и т. п.) «Тита Андроника» иногда сопоставляют с другой ранней пьесой, «Комедией ошибок» — это тоже ученическое подражание античным образцам, где комическое, подобно трагическому в «Тите», трактуется довольно прямолинейно.